Жизнь у костра, походный быт, контрасты дня и ночи. Октябрь. Зима в горах почти, а ниже - снова осень. Я ощущаю совершенную релаксацию и чувствую, что вернулась домой, вместо крыши здесь - небо или тент палатки, здесь нет стен, границ квартиры и вообще никаких границ, ограничений, рамок - даже в собственных мыслях. Я люблю такую жизнь, когда воздуха - много, когда неба - летай, сколько захочешь, а если умеешь - растворись в звуках леса, превратись в ветерок или ручеек, и... мурашками по коже ощути полную свободу.

Речкины сны бывают разные - огромные и маленькие, длинные и короткие, узкие и широкие, но всегда неожиданные и удивительные, потому что речка очень много разного видела за свою жизнь, и в снах ей все это снится.

Самое интересное, что речкины сны могут видеть все, пока ее совсем снегом не засыпало, и речка это знает, поэтому сны свои бережет и хранит для гостей. Приходите в гости и тоже смотрите!
 

Карандашик для рисования	Гирляндовые заросли	Стрелка указатель для горных туристов
Про листочки и хвоинки	Цвета воды	Капелька

Приходит в зоопарк семейная пара показать слонов сыну, страдающему болезнью Дауна. Подходят к вольеру.

— Папа, что это.
— Это семья слонов, сынок.
— Папа, что это.
— Это семья слонов, папа-слон, мама-слониха и сын-слоненок.
— Папа, что это.
— Это семья слонов, папа, мама, сынок. Прямо как у нас. Понял?
— Пап, а пап, я что-то ни понял, а де баба Галя?...

Этот анекдот помогал нам скрашивать трудности походного быта, поддерживать боевой дух и хорошее настроение. Баба Галя была нашим невидимым спутником, почти членом команды. Где она находилась и как пробиралась по берегу, пока мы шли по воде, не знаю, но на каждой стоянке она неизменно появлялась и выдавала свое присутствие тем, что прятала вещи и посуду, шуршала в кустах, иногда неприятно пахла, разгоняла рыбу и вообще хозяйничала, как хотела...

Река Ара-Ошей. Стапель.

Говорите, в  Китае Олимпийские игры начались?  А мы тут катамараны строим.

Катамаран – плавсредство из двух надувных поплавков (гондол), соединенных каркасом из дюраля или дерева. По числу посадочных мест катамараны разделяются на двухместные (двойки) и четырёхместные (четвёрки). Также есть катамараны с большим количеством мест и даже одноместки, но в основном распространены первые два.

Нам предстоит собрать одну четверку – "Авось13" и две двойки – "Феррари" и "Комсомолец".

Я лично никакого участия в стапеле не принимала, только фотографировала. Во-первых, потому что от меня толку в такой работе никакого; во-вторых, потому что и без меня народу хватало, чтобы строить; а в-третьих, потому что я занималась лечением своего зуба.

Строевым материалом для рам у нас были березы и лиственницы.

Дальше про стапель будет рассказ в фотографиях.

Наши рамы выросли в лесу	Выравнивание строго по заданным размерам	Обстругивание палок для рамы
Надувные гондолы будущих судов	Внутренние баллоны надо запихать в чехлы и накачать	Это будет "Феррари"
Ботинки теперь будут жить в рюкзаках	Продолины короче гондол - свободные нос и корма облегчат прохождение порогов	На этой двойке продолины уже привязаны, теперь вяжутся поперечины
Летним днем на Ара-Ошее строились корабли	Веревок много не бывает	Вяжутся поперечины на "Авось13"
Будущий "Комсомолец" и его экипаж	Двойка собрана	Стапель закончен, пора открывать шампанское!

Продолжение следует

7 августа. День шестой.

Река Ара-Хубуты – река Ара-Ошей

Организм взбунтовался. Иммунитет не работает. Зуб болит, воспалилась десна, о, нет... Зеркало... Щека опухла. Замечательно. Что еще? Аппетита нет совсем, но это, в принципе, не мешает. Ацикловир – от герпеса. Доксициклин – слишком сильный, но других антибиотиков нет. Кетонал – после него ничего не болит вообще, правда всего 2-3 часа, но эти 3 часа можно наслаждаться жизнью.

Заросли Сагаан-Дали или Рододендрона Адамса. Брусника, не совсем спелая, черника, голубика. Кедровые шишки. Золотой корень. Нефрит валяется прямо на берегу, какие-то кристаллы, выросшие в обычных камушках, тайга, бурная река, горы…

Сразу переодеваемся, брод через Ара-Хубуты. Мальчики натягивают веревку, течение слишком сильное.

Кто-то уже перешел, кто-то еще собирает вещи в лагере, обычное дело. Я переобуваюсь в сухое на другом берегу. Почему это я неправильно переходила? А, палку надо было ставить против течения, понятно…

Андрей К. и Дима держат веревку, переходит Инга. Подскользнулась, сейчас выровняется, мальчики держат… блин, Инга! .. Падает, виснет на веревке, веревка под рукой и под шеей. Пытается встать, не получается. Скорее, помогите! От рюкзака отцеплятся спасжилет и уплывает… Инга болтается на веревке, ноги на плаву, течение не дает встать, рюкзак тоже в воде... Все, спасли, вытащили, привели на берег. Все хорошо, кроме утери снаряжения и промокшей одежды. Куда это Игорь побежал? Ура, и спасжилет пойман!

Идем. Сегодня идется легче, несмотря на зуб, даже мозги не надо отключать. Часть вещей мне так и не отдали. С нами идут попутчики, Паша и Александр Иваныч, рыбаки. Погода хорошая, тропинка приятная, только теряется иногда. Чуть было не ушли на какие-то минеральные источники, тропа не совпала с картой. Пока мы сидим в лесу, разведчики ищут правильную тропу сверху и снизу склона.

Таблетка кетонала.

Ай, зачем я ловила эту муху?! Она так больно кусается!

Солнце сквозь деревья, белые облака на ярко-голубом, цветы, бабочки, грибочки… кадр за кадром заполняются мегабайты памяти фотоаппаратов. Нет, это не ерунда, я аккуратно снимаю, еще флешка пустая есть и целый аккумулятор.

Что-то есть уже хочется… на перекус супчик магги с сухариками и шоколадка.

***

Все, пришли. Река Ара-Ошей. Здесь стоянка. Брода тут никак не получится, отсюда сразу до Китоя можно идти по воде. Так что завтра стапель. И никуда не надо тащить рюкзаки.

А сегодня – рыбалка! Холодное джакузи Ара-Ошея смывает усталость, на веревках развешаны трусы, майки, носки, ужин возвращает силы, газовая лампа создает уют, посидеть в кругу до поздней ночи – уже традиция.

***

Ночь. Все спят. Кто-то что-то ест прямо за тоненькой тканью палатки возле моей головы.

– Егор, ты слышишь? Кто тут что-то грызет?

– Ммм…

Инга сопит, потом поворачивается во сне, и перепуганный бурундук почти запрыгивает на палатку, растопырив ноги и хвост. Его силуэт на фоне светлеющего неба в сеточке верха хорошо виден, мне кажется, что он уже внутри палатки и сейчас будет скакать по нам…

– Маамааа!!! ...

(у бурундука случается нервный шок, у всех остальных тоже…)

–!!! ..

5 августа. День четвертый.

Хубутский перевал – долина реки Баром-Гол.

Дима (Бодрый):

- Ну чего вы мнетесь, мне палатку надо складывать! Собирайтесь уже!

Егор:

- Ну погоди, Гавпет, дай пожить-то!

(Этот диалог будет повторяться каждое утро с небольшими вариациями еще две недели.)

Котелка у нас нет (кстати, здесь говорят "кан"), он за перевалом, только чайник, поэтому сегодня завариваем на завтрак шведские сублиматы. Замечательная вещь!

Пора идти. Рюкзак пугает своей тяжестью, но это скоро пройдет. Нет, никак не одеть самой. И даже с трее-е-тьей-по-пыт-ки… спасибо. Все, пояс затянут, лямки настроены, Андрей, дашь мне одну палочку? Мои вчера ушли за перевал.

Мусора не оставили, все убрали, как будто и не было тут никого.

Пройти вверх всего ничего, около километра, набор высоты около 200 метров, ерунда, вот только рюкзак… но если не думать, отключить мозги, то и он не смущает. Раз-два, шаг-другой, вдох-выдох… оглядываюсь, о, уже почти на половине пути, ручейки бегут по всему склону, откуда они там берутся, наверху? Что-то совсем не скачется сегодня, не могу сказать, что чувствую себя комфортно… Я иду… иду… отстаю… иду… Уже почти дошла, скоро вниз. Внушаю себе, что вниз идти намного легче.

- Ленка, бросай рюкзак! – о, Игорь с Вовой.

Нет, я совсем не устала, но если вы настаиваете… ого, я отталкиваюсь от земли и взлетаю, спасибо, Вова!

Седловина перевала встречает порывистым ветром, солнце спряталось за облаками, чтоб нам не жарко было идти, а сверху открывается офигительная панорама: вершины гор, небо, внизу далеко-далеко долина, по которой змейкой извивается река.

Спуск. Тропа петляет, как след лыжника на слаломе. Я почти бегу, нет, почему почти? Интересно, как тут зимой со снегом? Мне снова скачется, бегается, прыгается по камушкам, совесть, молчи! Дай пожить-то!

Тропа куда-то делась, и я снова оказываюсь в болоте. Привет, река Баром-Гол.

Вот и все наши! Андрей М. кипятит чайник, Женек копается в рюкзаке, Инга просто так ходит, Вова с Игорем собираются завтракать, они, оказывается, ушли еще до рассвета гулять по горам, а потом вышли к нам навстречу.

- Кто тут самый голодный, идите поддерживать огонь!

Иду махать сидушкой над огнем, которого не видно, один дым. У Егора получается гораздо лучше.

Перекус и идем дальше. Через минут тридцать я превращаюсь в зомби, автоматически переставляющего ноги. Прошли часа четыре и встали на стоянку.

Больше ничего не помню.

6 августа. День пятый.

Долина реки Архат – река Ара-Хубуты.

Ну и утро. Здрасьте, критические дни, очень приятно. Герпес, привет. Ого, зачем только я посмотрела в зеркало? Так… еще зубу мудрости понадобилось расти именно сегодня. Ладно, придется есть половиной рта. Хорошо, хоть коленка молчит.

Организм все еще не проснулся и морщится при виде пищи. Завтрак не влезает даже наполовину. Две таблетки но-шпы, таблетка ацикловира, витаминка, что делать с зубом, не знаю. Пока вроде терпимо.

С чувством нарастающего отчаяния оттягиваю момент, когда надо взвалить на себя рюкзак… Я его могу тащить только волоком. А у мальчиков они еще тяжелее…

И-ээх! Упс. Затягиваю пояс. Через полчаса я уже привыкну.

Ставшая привычной процедура отключения мозгов. Выбираю посильный мне темп, задаю организму направление и нажимаю на кнопку «Отключить мозг». Я иду, все вижу, все слышу, но ничего не понимаю. Сколько я иду, куда иду, и вообще, что я тут делаю? А, вы отдыхаете? Ну ладно, я тоже посижу. НЕТ! Не снимайте с меня рюкзак! Я его потом не одену ни за что в жизни! Почему зуб начинает болеть, когда я отдыхаю? Таблетка кетонала.

Что, уже идем? А, какая разница, все равно мозги отключены. Где-то с отключенными мозгами я прошла брод через Баром-Гол. Смутная картинка в памяти, как я переобуваю сплавные сапоги… А может, это было вчера? Краем сознания отмечаю, что пошел дождь, а я пошла по какому-то болоту. Паутина. А я идуууу дороооогой паука… (© “Агата Кристи”) Ааа, вот следы, здесь шли люди...

Что, вы опять отдыхаете? Не, я пойду… а то что-то сбои в программе стали появляться, лучше ничего не менять.

Опять меня все обогнали. Чего они тут разбегались?

О, Женек сидит. Сажусь рядом с ним. Медленно расстегиваю пояс и лямки рюкзака, он падает сзади на землю. Я заползаю на рюкзак, сворачиваюсь на нем клубочком. Все. Я здесь умру, похороните меня под этой березкой, больше я никуда не пойду.

Женек уходит. Иди, я сейчас… Встаю, сажусь, одеваю лямки, держусь за березку, встаю… Иду… Спуск. Подъем. Болото. Опять подъем. Почему спуск пропустили?! По лицу стекают то ли капли дождя, то ли сопли, то ли слезы… Я дойду.

Привал. Какие-то молчаливые все сегодня… Сейчас. Я только рюкзак сниму… Чего вы на меня смотрите? Нет, я не плачу, оно само льется, я не хочу плакать… а кто это ревет? Это я что ли? Нет, я не устала, у меня ничего не болит, оно просто само… когда это уже прекратится…

Что это они делают с моим рюкзаком?!

***

У меня снова выросли крылья. Я теперь не отстаю. Догоняю Гавпетов и Ингу. Забираю у Егора свой гермомешок. Остальное я, кажется, не догоню.

Идем 12 часов, кругом болота, места для стоянки нет, сил уже тоже нет. Иду за Егором, снова отстать не хочется, стараюсь попадать след в след.

Вот, наконец, стоянка. Река Ара-Хубуты. Быстрее сбросить рюкзак, помыться и переодеться. Обнаружить мозоли на пятках и обрадоваться оранжевым тапочкам.

4 августа. День третий.

Под Хубутским перевалом.

Спокойно, не скачи по шатким камням, иди спокойно, неси свое счастье на самую высокую вершину, осторожно переступай ногами в оранжевых тапочках, не расплескай. Возьми еще шум горных ветров, аромат трав и цветов, краски радуги в брызгах хрустальной реки, дыши полной грудью. Запомни этот цветок – он твой, и это облако, и эту песню, и лучи в ручейке. Кричи, если хочешь. Ты слышишь эхо? Мы любим тебя, мы с тобой, мы охраняем тебя, мы исполняем твои желания, мы дарим тебе счастье.

Кто это говорит мне? Горы? Река, Небо, Солнце?

Я скачу по камушкам, я не боюсь расплескать, оранжевые тапочки легко наступают на шаткие камни и быстро спрыгивают на неподвижные. Я отнесу свое счастье повыше, превращу в птицу и выпущу в небо, на свободу. В ней останется частичка моей души. Я нарисую солнечную картину с горами, и этим перевалом, и этой рекой, и спрячу ее в своем сердце. Я всегда смогу вернуться сюда, и здесь будет ждать меня моя птица.

Не забывайте меня, горы. Я люблю вас.

Оранжевые тапочки бродят по мокрому песку и заливаются водой. Прыгают по скользким камням и прячутся на берегу, убегая от заигравшегося ручейка.

Солнце греет холодные пальцы, ветер гладит растрепанные волосы, оранжевые тапочки спрятались в траве и уснули.

Я возьму травинки и сделаю из них струны, из капель росы и цветков я сделаю колокольчики. Ветер, играй! Я оставлю эту музыку в своей картине.

***

Вечер, под перевалом становится прохладно. Где же Андрюха с Бодрым? Они ушли искать тент и хотели еще по пути забежать на какую-то горку. Где Вован с Игоряном? Они уже должны прийти с перевала. Мы видели там двух человечков минут сорок назад.

Егор давно зашил свой рюкзак, чай вскипел, и даже кружки стоят с уже готовым перекусом. Мы уже нагулялись и совсем заждались, палатка собрана, рюкзаки наготове, ну, где же все? Нам ведь еще идти.

Полдевятого. Никого. Эхо, почему ты не крикнешь им, что мы беспокоимся?

Полдесятого. Ну вот. Гавпеты вернулись, а Игоря с Вовкой так и нет. Тента тоже нет. Ерунда, лишь бы все были живы-здоровы. Идти уже поздно, непонятно, какая тропа с другой стороны перевала, а ночью скакать по камушкам очень вредно для здоровья. Снова ставим палатку, начинает накрапывать дождик.

Где-то за перевалом стоит вторая наша палатка. Там Женек, Андрей Миронов, Инга, Вова и Игорь. Ветер, слетай к ним, посмотри, все ли в порядке?

Ветер слетал и сказал, что все хорошо. А потом мы слушаем рассказы про диких коров, ручных бурундуков, хитрых бурят, накрывающих свое сено тентом от палатки Мармот, про черного каякера, притаившегося за валуном, и еще про бабу Галю, которой нет у слоненка.

***

Эй, я ведь говорила дождик, а не ливень! Ты залил нам всю палатку!

3 августа. День второй.

Хойто-Гол – перевал Хубутский (длина около 30 км, набор высоты 1410 м).

На завтрак бутерброды с икрой, яичница-глазунья, сок, йогурт, фрукты, блинчики, каша, треть плавленого сырка, сухари, чай какой-то специальный утренний, китайский. Вкусно. Горячий душ отменяется, но, судя по пасмурному небу, холодный нам сегодня обеспечат. А Бодрого, оказывается, зовут Димой.

Пора собираться. Так, все вещи в гермомешок, отвернуть кнопочку, выдавить воздух, закрутить верх, завернуть кнопочку, защелкнуть застежку, запихать в рюкзак. Забыла достать штаны для дождя. Все распаковать, достать штаны, опять запаковать, сложить в рюкзак. А чьи это шмотки в палатке валяются? Ну, кто бы сомневался… Опять все распаковать, сложить, запаковать. Теперь почему-то не входит…

Приезжает каюр Роберт на лошади, ведет с собой трех лошадей. Симпатичные. Но даже если та, на которой он едет, считается, то все равно ведь их должно было быть пять?

- А, одна лошадь убежала, ничего, на этих погрузим.

Наверное, ему виднее, перегружаем часть рюкзаков в подседельные сумы, часть привязываем. Все погружено. Приходит жена Роберта:

- Ай, бедные лошадки, сколько груза на них, или разгружайте, или давайте 12 тысяч.

Конечно, куда мы теперь денемся, ближайшие лошади в Хойто-Голе, за 3 км, да и вообще все уже привязано. Учтем на будущее, а пока не будем париться из-за мелочей.

У погоды сегодня по расписанию дождик. Шагается без рюкзака легко, ветровка с мембраной радует, ботинки сухие, и даже дождю хочется улыбаться, замечательно освежает, в жару идти было бы не так приятно. Да тут не тропа, а целая дорога. Ого, сколько народу навстречу попадается. Перекидываемся парой слов, идут с Шумакских источников, все из разных уголков страны.

Останавливаемся на поляне, прячемся под деревянным навесом, но все равно везде капает. Ладно, хоть так, а на улице вообще льет. Может, хватит уже? Пока отдыхаем, я мерзну, почему-то особенно локти на ветровке промокли, через рукава, что ли, вода затекла? Хочется надеть сплавную куртку, только она неизвестно где. Невозможно стоять, все сырое, зуб на зуб не попадает. Придется все-таки доставать. Опять спасает Егор, находит мой гермомешок в суме, распаковывает, достает куртку, снова запаковывает… Дежавю какое то…

Обозначенные на карте броды неожиданно оказываются сухими руслами или в лучшем случае безобидными ручейками, о-е-ей, чем-то встретит нас Китой?

Водопад на реке Хубуты. Перекус. Супчик с сухариками и шоколадка. Каюр говорит, что надо побурханить. Разбрызгивает спирт во все стороны, шепчет, остатки забирает с собой, по пути бурханить будет, ну-ну…

Без проблем не обходится. Лошади устают, иногда просто встают перед подъемом и никуда не идут. Мы уже сами ведем их в поводу, каюр один не справляется. Я слышу, как Игорь уговаривает свою лошадку, что-то ласковое ей говорит, хлопает рукой, жалеет… Тропа иногда превращается в болото. Я перепрыгиваю с кочки на кочку, а лошади проваливаются по самое брюхо, не могут выбраться. Разгружаем, выводим на сухое место, снова все привязываем.

Веревки совсем не держат, сюда бы стропы, груз постоянно съезжает на бок, и на одном из крутых подъемов чуть было не случается непоправимое: лошадь переворачивается через спину и кубарем скатывается под обрыв… Фуу, обошлось. Живая, невредимая.

Перекус давно переварился, уже темнеет, иногда отдыхаем, но недолго, сырая одежда не дает стоять на ветру. Я вообще не представляю, где мы, только где-то впереди Хубутский перевал, нам бы дойти до него засветло.

Разводим витамины во фляжке с водой, пьем. Группа растянулась, кажется, на несколько километров. Впереди каюр Роберт едет на лошади и бурханит, видимо, удачно, потому что дождь, шедший весь день, все-таки прекращается. Потом Егор, Вова и Игорь, ведут лошадей, потом Андрей Миронов, Инга и Дима, а потом Андрей Котляровский, Женек и я. Что-то уже и есть не хочется, темнеет, и впереди уже никого не видно. Тропа теряется иногда, но легко находится – кто сложил пирамидки-туры из камешков вдоль нее. Спасибо.

Морены, камни, болото, опять болото, где тропа? Неважно, надо идти вперед, слева река, справа горы.

Ну и где уже перевал? И где все? Я иду с фонариком, впереди Андрюха, сзади Женек. Впереди кто-то машет белым огоньком. Наши. Совсем темно. Через минут пятнадцать подходим к месту стоянки, оказывается, мы под самым перевалом, здесь у огромного камня на высоте 2300 сегодня будет наш дом.

Куда делся тент от палатки? На сто раз просматриваем вещи с фонариками. Натягиваем на палатку тент от бани, еще есть слабая надежда, что завтра утром все найдется. Если нет, придется отменить восхождение и идти искать тент по пути захода, совсем не хочется жить, как бомжи, еще 16 дней. Но это завтра, все завтра, сейчас над нами ясное ночное небо с миллиардами ярких звезд, а рядом шумит река со странным названием Хубуты.

Ветрище, может, бросим эти заморочки с костром?.. Холодно. У нас есть колбаса, плавленый сыр, сухари, лук, чеснок, спирт. Есть еще и горелка с газом, но сил уже нет. Хотя, это только кажется, потому что ужин незаметно переходит в театрализованную презентацию, Гавпеты, оказывается замечательно поют, о, оказывается, и я тоже! А еще оказывается, что у Андрюхи в голове флешка на терабайт памяти - песни, стихи, проза, фильмы, научные знания, анекдоты… О, снова песни! Уже тепло, одежда высохла, спать не хочется, а ночь тает, и, выйдя из палатки, в серых предрассветных лучах у того самого камня случайно замечаем … не тент от палатки. Сапоги каюра Роберта.

Они торчат из-под какой-то попоны, головы не видно. Вроде шевелится. Его звали вечером в соседнюю палатку, потом угощали спиртом, а потом, видимо, так и забыли. Тента не видать, неужели потеряли? Туман какой-то в голове, сейчас чуть-чуть поспим, а там видно будет. Тишина накрывает меня спальником…

Это совсем не технический отчет, и ничего полезного для прохождения маршрута вы тут не найдете, наоборот, я не буду объективна, введу вас в заблуждение и перепутаю все, что можно, дневник во время похода вести мне было некогда, а когда я вернулась, оказалось, что все дни в моей голове смешались в одну большую цветную кучу.

А еще перед походом у меня совершенно не было времени подробно изучить карту и описания маршрута, да и вообще я никогда в жизни не занималась водным туризмом… Кроме того, из-за недавней травмы я даже не могла сидеть в упорах катамарана, потому что нога в колене еще недостаточно свободно сгибалась.

Диалог из аськи:

- А вдруг я не смогу, нога…

- Ничего, прорвемся! Или мы ее тебе согнем!

Замечательно и ободряюще звучит, если не считать того, что это написал человек, которого я в жизни не видела ни разу. Но я туда очень хочу. Желания должны исполняться, и такая мелочь, что я не знакома ни с кем из участников похода, меня вообще не смущает.
 

Я думаю, что возникни необходимость, и ногу бы я согнула очень быстро. Необходимость не возникла. Состав участников меняется в последний момент, вместо четверки идет двойка, а я еду пассажиром.

Тогда я подумала, что и слава Богу, операция в коленке за три недели до похода и центр Дикуля до последнего дня в городе меня доконали. Больно же, блин. А теперь мне очень жаль, что я не прошла этот маршрут на весле. А больше я ни о чем не жалею.

Май 2008.

Случайная встреча в сетях мировой паутины, и понеслось…

Оказывается, есть на земле такие люди – Гавпеты, (сокращенное от Гаврил Петровичей). Они прикольные, веселые, способные на совершенно безумные поступки. Мне с самого начала показалось, что я нашла родственные души, а через несколько недель мы встретимся, вопреки всем законам вероятности. Всего через несколько дней после встречи я пойму, что я захочу с ними пойти не только в любой будущий поход, но и вообще в любую ж… мира.

Подготовка.

Ребята должны прилететь 2 августа в Иркутск самолетом из Москвы. Мы собираемся идти до Китоя от дацана у Ниловки, через Хубутский перевал 2499, от туда же на вершину 3172, потом к Китою спуск, стапель и сплав. Планируются радиалки на Шумак и Китойский Жидой. (Эти планы пришлось потом подкорректировать.) Обратные билеты из Иркутска в Москву на утро 20 августа.

Раскладка на 10 человек, продукты, которые надо было купить в Иркутске:

(в результате нас было 9, а продукты все равно взяли почти все)

 

1. скотч - 3 рулона

2. газ походный - 3 больших баллона

3. картошка (пюре, типа картошечка с молоком) - 3х(0.5кгх2)

4. рис - 2 кг

5. Каша "увёлка" - готовые гарниры – 20 шт.

6. масло топлёное - 1 кг

7. сахар рафинад (кубиками) - 5 кг

8. чай - 300 пакетиков (разных)

9. сублиматы (мясо) - 24х50гр

10. макароны - 3 кг

11. кофе растворимый - 1 пакет

12. соль каменная - 2кг

13. спирт - 12 л

14. шоколадки - 160 батончиков

15. какао или горячий шоколад - 5 кг или 160 пракетиков.

16. Сухарики 3 корочки - 80 пак

17. супчик дня, горячая кружка - 150 пак

18. Сушки - баранки - 3 кг

19. сыр плавленый - 40 кусков

20. приправа для рыбы - 3 пакетика

21. лимонная кислота - 2 пакетика

22. ванилин - 1 пакетик

23. поджарка - 3 пакета

24. Колбасу, лук, чеснок

 

(Обратите внимание на пункт 13.)

Получилось около 70 кг по раскладке, плюс 25 булок хлеба в сухарях и еще шведские сублиматы на 16 ужинов.

2 августа. День первый.

Аэропорт.

Знакомимся. Сразу почти никого не запомнила. Но скучно в походе не будет, это понятно сразу.

Мне привезли все снаряжение! Спасибо, Андрей!

Сплавная куртка, комбинезон, сапоги! И еще спасжилет, гермомешок и шлем! И надувной коврик :).

Рюкзаки перепаковываем, вместо моего удобного 60 – литрового у меня теперь будет огромный на 150 литров. Не верьте, конечно, чуть поменьше, но потом он мне покажется 200-литровым. Женек (спасибо! ) зашивает мой рюкзак. Как пользоваться гермомешком? И вообще это все сюда не поместится! Все перекладывается, перепаковывается (спасибо, Егор! ), наконец, приезжает микроавтобус и все, поехали.

Заезжаем за катамаранами, грузим. В часовне детской больницы на Советской кто-то ставит свечки и выезжаем наконец-то. Ничего не забыли? На самом деле, забыли. Оставить лишний катамаран - четверку, который заменили двойкой, но это выяснится потом. А пока он едет с нами, хотя экипажа для него нет.

Заброска. Иркутск – Хойто-Гол.

По дороге успеваем выпить несчетное количество пива, посмотреть на Байкал, остановиться в Култуке в известном придорожном кафе, поесть, выпить немного водки, это вдохновляет Гавпетов на театральное исполнение гимна, совершенно органично прозвучавшего на фоне солнечного Байкала.

(Краткое пояснение: Этот гимн, переделанный из «Князя Тишины» Наутилуса, переплетается с девизом Гавпетов, который при переводе на литературный язык примерно означает, что главное - выкинуть что-либо из ряда вон выходящее.)

Потом еще успеваем поспать, опять попить пива, перегрузить рюкзаки с верхнего багажника в салон, оставить заявку в Кыренском спасотряде и накормить кыренскую собаку чипсами Зяки-Зяки. А Игорян еще моет голову и стрижется налысо.

Не доезжая 3 км до Хойто-Гола останавливаемся на скотном дворе, договариваемся насчет лошадей и временного укрытия от дождя. Подозрительная сговорчивость каюра нас не настораживает, так как к национальным особенностям местного менталитета мы совсем не подготовлены. 5 лошадей, по 2 тысячи за лошадь до Хубутского перевала? Без проблем. Каюр мысленно потирает руки, радуясь нашей доверчивости.

На недостроенной пилораме, ну дождь же идет, делаются импровизированные весы, призванные обеспечить справедливое распределение груза между участниками похода. Но впоследствии все равно каждому кажется, что исключительно в его рюкзаке груза оказалось больше чем у других.

Договариваемся с водителем на обратную дорогу из Раздолья, я забываю в машине флиску, деньги и очки. Микроавтобус уезжает.

И тут выясняется, что у нас с собой лишний катамаран! А телефонной связи нет! Это просто катастрофа, еще десятки килограмм, причем бесполезных, в итак перегруженных рюкзаках! Как вернуть водителя? До Ниловки семь километров, оттуда можно попытаться позвонить. Бежим, лучше семь километров сейчас, чем лишний груз в гору на себе следующие несколько дней. Метров через пятьсот случается чудо – сзади шум машины. Это наш водитель! Ура! Спасибо, Леша! Спасибо, пространство, которое нас услышало! Возвращаемся, загружаем забытый кат.

Микроавтобус уезжает во второй раз. Моя флиска с деньгами и очками в карманах уезжает вместе с ним.

Нас достает местный житель странного вида, который пристает ко всем и явно хочет выпить. Это надоедает, и раз уж дождь закончился, мы перебираемся в более спокойное место. Поле, лес, палатки, костер, ужин, разведенный спирт. По тенту стучит дождь, в спальнике тепло, а под палаткой кто-то шуршит... Здесь не работают телефоны, почти нет цивилизации, а завтра мы уйдем еще дальше…